«Мировые Эпохи»
Фридриха шеллинга
21 ИЮНЯ 2019
Публикуем запись и текст вводной лекции Петра Резвых для участников открытого семинара по переводу «Мировых эпох» Фридрих Шеллинга.
Речь пойдет об истории работы над текстом «Эпох»: замысле, трудностях и причинах провала этого проекта, обещавшим стать главным сочинением в наследии немецкого философа.




Краткое содержание лекции
1:40 Общее описание корпуса текстов «Мировых Эпох
11:00 — Три фазы работы на «Эпохами». Первые упоминания проекта в 1810—1813 гг.
22:00 — Второй этап работы над текстом (1814 — 1815 гг.).
27:35 — Третий этап работы над текстом — «работа не пером а ножницами и клеем» (с 1816г.).
34:25 — Историко-философский контекст.
39:20 — Судьба текста после смерти автора.
Семинар «Мировые эпохи»
По пятницам работаем в Лаборавтории
над первым русским переводом трактата
«Мировые эпохи».
Семинаром руководит Пётр Резвых —
кандидат философских наук,
специалист по истории немецкой
философии.
ЗАПИСАТЬСЯ НА СЕМИНАР
Я не буду начинать совсем от сотворения мира, как было бы положено, но скажу несколько несколько слов о том, чем мы хотим заниматься.
Сначала давайте поговорим про корпус текстов, который вошел в историю немецкой философии XIX века под названием «Die Weltalter». «Мировые эпохи» — такой русский перевод этого названия укоренился еще со времен перевода книги Куно Фишера о Шеллинге. Насколько такой перевод правильный и хороший, можно обсуждать. Немецкое -alter в этом слове — это действительно эпоха в смысле отрезка времени; есть немецкое слово Zeitalter — век, в том смысле, в каком мы говорим о золотом, серебряном, бронзовом веке, т. е. об осмысленном, законченном, обладающем какой-то смысловой целостностью отрезке времени. Но Alter — это также и возраст. Так что с таким же успехом можно было бы перевести это название как «Возраста мира». Поскольку речь в этом сочинении идет в каком-то смысле о биографии абсолютного, биографии первопринципа, то «возраста» — тоже неплохо… Так или иначе, сочинение, известное под этим наименованием имеет сложную, довольно запутанную историю и представляет собой проблему, исследовательскую и содержательную. Это философский проект, над которым Шеллинг работал в течении довольно длительного времени, границы [которого] можно определить очень условно.
Верхняя граница известна совершенно точно: впервые титул «Мировые эпохи» упоминается 15 сентября 1810 года в шеллинговских дневниках, которые были найдены в конце 1980-х гг., а напечатаны в начале 1990-х гг. Когда дневник за 1809-1812 гг. был опубликован, одним из важнейших приобретений, помимо всего прочего, была возможность точно датировать, когда Шеллинг начал работать над этим текстом. В дневнике за 1810 г., где Шеллинг делал всякие технические и бытовые записи (заметки о своих делах, состоянии здоровья, расходах, покупках и т.п.), в числе прочего есть строчка, вписанная его рукой: «Die drei Weltalter in der Nacht» (т.е. «три мировые эпохи в ночи»). То есть ночью он размышлял о них и принял какое-то внутреннее решение посвятить этой теме значительное время. 27 декабря того же года Шеллинг записывает в дневнике: «Die Weltalter endlich angefangen» («наконец начал «Мировые эпохи»). Значит, в декабре он впервые серьезно взялся за работу над ними. 30 января Шеллинг уже обещает издателю, что представит этот текст в ближайшее время. Нижняя хронологическая граница очень размыта, и история работы над текстом довольно запутанная.
Впоследствии в 1820-е гг. он частично использовал этот материал устно, но печатного текста это сочинение так и не породило. Сам этот текст (вернее, не текст, а то, что мы имеем как некоторые следы работы Шеллинга над этим замыслом), в каком-то смысле представляет собой место рождения его позднейших философских проектов. По этому поводу среди исследователей уже очень давно идут большие споры: о ценности и значимости этого переходного периода, о том, в какой мере в нем уже в свернутом виде содержатся или не содержатся те концепции, которые Шеллинг в начале 1830-х гг под титулами «Философия мифологии» и «Философия откровения» обнародовал уже в каких-то масштабных устных высказываниях, то есть в лекционных курсах, которые читал примерно каждые два семестра. Можно сказать, что в каком-то смысле «Мировые эпохи» — это проект, который как бы представляет собой сокровенное ядро шеллинговских философских замыслов в этой второй фазе его развития, следующей за фазой очень активной публичной, организационной, педагогической деятельности, поэтому это действительно текст, который вызывает огромный интерес.
«Мировые эпохи» — это проект, который как бы представляет собой сокровенное ядро шеллинговских философских замыслов в этой второй фазе его развития, следующей за фазой очень активной публичной, организационной, педагогической деятельности, поэтому это действительно текст, который вызывает огромный интерес.

Можно условно обозначить три фазы в истории работы над «Мировыми эпохами».
Первая фаза — попытка «наскоком» одолеть эту гигантскую задачу. В 1810 году впервые упоминается титул «три мировые эпохи», в материалах 1811 года обрисовывается замысел, основное содержание и композиция. Сочинение должно было состоять из трех частей или даже трех томов, они должны были называться «Прошлое», «Настоящее» и «Будущее» («Vergangenheit», «Gegenwart», «Zukunft») и должны были дать в одном, едином повествовании всю историю бытия от его истоков, от домирового прошлого — к эсхатологическому грядущему. Шеллинг начал интенсивно работать: 30 января 1811 года в письме издателю Котте, с которым Шеллинг уже к тому моменту долго сотрудничал (Котта издавал, в частности, пользовавшиеся большим успехом «Лекции о методе академических занятий» и целый ряд других его текстов), он пишет, что готов сдать текст к пасхальной ярмарке, то есть уже весной 1811 года. Но уже 7 июня 1811 в письме к дочери подруги своей умершей жены, Паулине Готтер (которая впоследствии станет его женой) Шеллинг пишет, что работа приобрела затяжной характер: то, что он задумывал, не сбылось, и скорее всего ему придется потратить на работу над трактатом все лето. А 3 августа он пишет тому же издателю Котте, что был полон надежд, что на день святого Михаила текст выйдет, но ничто, в общем, не обещает того, что он будет закончен… но к Пасхе 1812 года текст точно выйдет. При этом он все время сообщает, какой объем он уже написал. Так, в конце 1811 года, зимой, он сообщает, что написал уже 13 печатных листов — довольно приличный объем; это довольно важное свидетельство для реконструкции текстов, с которыми мы будем иметь дело. Но к Пасхе 1812 года появились новые привходящие обстоятельства, частично политического, частично биографического характера. Именно в этот период начинает интенсивно развиваться его переписка с Паулиной Готтер. В связи с растущей взаимной склонностью и симпатией, возникшей из их совместного траура по утраченной Каролине. Летом 1812 года он вступает в новый брак. Это довольно серьезные изменения в укладе жизни, и работу пришлось несколько отодвинуть в сторону.
В ноябре 1812 года появляется новый важный фактор: выходит сочинение Якоби «О божественных вещах», которое в резко-полемическом ключе комментировало последние шеллинговские опубликованные сочинения, в частности, трактат о свободе 1809 г. Якоби был известен своим агрессивным полемическим темпераментом и был довольно авторитетным критиком. Шеллинг вообще не оставлял никакие критические выпады без ответа, а в случае с Якоби речь шла не только о мировоззренческом противостоянии. Якоби, как известно, вышел из спора о пантеизме победителем в несколько сомнительном смысле слова, поскольку в процессе дискуссии главный его оппонент, Моисей Мендельсон, отошел в мир иной — не в последнюю очередь, как говорили тогда, вследствие резкого размежевания со своим оппонентом. Рассказывали, что Мендельсон так торопился обязательно сдать в печать свою книгу «Утренние часы», которая должна была стать ответом на памфлет Якоби, что сам побежал к издателю и понес рукопись пешком через пол-Берлина, попал под дождь, простудился и заболел воспалением легких. Якоби потом ставили в упрек, что он угробил своего оппонента. Кроме того, Якоби занимал достаточно важную должность — он был президентом Баварской академии наук (эту должность через какое-то время займет сам Шеллинг), так что это была борьба еще и в административном плане.
Шеллинг несколько месяцев занимался тем, что писал ответный памфлет, который имел неимоверный эффект и фатальные последствия для репутации Якоби. Как говорят многие историки, это один из самых резких и жестких полемических памфлетов того времени, в общем, на грани или даже почти за гранью дозволенного с точки зрения риторики. Как только Шеллинг сдал трактат против Якоби, «Памятник сочинению Якоби о божественных вещах» (имелся в виду надгробный памятник), он тут же рапортует Котте, что снова взялся за «Мировые эпохи», и обещает к лету 1813 года предоставить законченный текст. По тому, что мы знаем теперь, в XX веке, на основании того, что осталось от этих текстов, к этому времени речь однозначно шла уже не о всех трех частях, а только о законченной первой части. Чем дальше, тем больше и больше работа для него сужается до работы над первой частью, которая называлась «Прошлое». Есть разные гипотезы по этому вопросу. Так, некоторые исследователи, например, Альдо Ланфранкони, считают, что когда Шеллинг задумывал этот трактат, у него был некий черновой набросок того, каким образом в принципе может выглядеть композиция всех трех томов. Но от нее остались только кусочки: мы имеем наброски первой и второй частей, от третьей части не осталось практически ничего, только какие-то маленькие фрагментики. При этом часть материалов по «Мировым эпохам» до сих пор лежит неопубликованной. Судя по всему, Шеллинг сначала имел некий общий замысел, а потом оказалось, что даже одолеть «Прошлое» — это трудная задача, и зимой 1813 года он уже обещает Котте, что будет напечатан первый том из трех. Я забыл сказать, что когда он в 1811 году начал работать над «Мировыми эпохами» и написал первую часть, вот эти тринадцать печатных листов, он предложил начать их печатать, и это было сделано — они уже были пущены в печать, был подготовлен беловик и отдан наборщику, были сделаны гранки. Но когда Шеллинг взял их и решил просмотреть текст, то, увидев его в печатном виде, он остался крайне не удовлетворён и решил, что все нужно переделать. Из тринадцати листов сохранилось двенадцать (мы не знаем, был ли тринадцатый лист и он просто до нас не дошел, или Шеллинг прибавил этот лист).
Зимой 1813 года Шеллинг второй раз предпринимает печать, этот второй оттиск тоже сохранился, но и им он тоже остался недоволен, и стало ясно, что ему необходимо еще дополнительное время, чтобы как-то разобраться с этим материалом.
О целенаправленной работе над второй и третьими частями, видимо, речь уже не шла, она была отодвинута так далеко вперед, так что с издателем это уже не обсуждалось.
Шеллинг сосредоточен и на разработке первой части, и на стремлении дополнить свои спекулятивно-философские исследования опорой на некоторые исторические свидетельства. Для этой цели он начинает параллельно писать другой текст, который мы читали в другом семинаре три-четыре года назад, этот текст называется «О самофракийских божествах». Он должен был появиться как приложение к «Мировым эпохам»: предполагалось, что это будет некое предъявление исторических свидетельств, которые должны были наполнить исторической материей ту спекулятивную конструкцию, которую Шеллинг на философском языке собирался предложить в «Мировых эпохах». Это была очень тяжелая, лихорадочная работа. «О самофракийских божествах» — очень сложный текст, который посвящен интерпретации мифологического материала, где задействован огромный лингвистический инструментарий, прежде всего сравнительная этимология семитских и индоевропейских языков, где комментируются библейские и античные источники, которые должны дать ключи к расшифровке смысла одного из древнейших античных культов — культа кабиров на Самофракии. Печать этого сочинения тоже сопровождалась фатальными обстоятельствами, поскольку подготовить издание было технически очень сложно. Это было парадное сочинение, публичная речь, которая должны была быть устно произнесена ко дню рождения баварского короля и параллельно издана с примечаниями, которые в 2 или в 2,5 раза по объему превышали основной текст. Шеллинг очень заботился о том, чтобы эта книга имела какой-то публичный резонанс, специально поручил напечатать определенное количество экземпляров на разной бумаге, рассылал их важных людям, в общем, заботился о продвижении этого сочинения. Но из-за умопомрачительного количества опечаток, некомпетентности наборщиков и корректоров и т. п. оно, во-первых, не появилось вовремя, чтобы можно было его начать продавать непосредственно после публичного произнесения речи; и, во-вторых, Шеллинг остался недоволен самим изданием и потребовал составить списка опечаток, который составил, кажется двенадцать страниц, т.е. был очень большим. Осенью 1815 года речь о самофракийских божествах вышла в свет с подзаголовком «Первое приложение к «Мировым эпохам» (так сочинение фигурировало даже в каталоге осенней Лейпцигской ярмарки). При этом самих «Мировых эпох еще не было. Казалось бы, следом должно было выйти и то сочинение, к которому они прилагаются. Но оно так и осталось единственным приложением к так и не вышедшему при жизни сочинению.
О целенаправленной работе над второй и третьими частями, видимо, речь уже не шла, она была отодвинута так далеко вперед, так что с издателем это уже не обсуждалось.
ДРУГИЕ ЗАПИСИ ЛАБОРАТОРИИ